Геморрой.

По поводу советского в церкви

Намечается тут у нас епархиальное собрание. Ничего особенного, если не считать того, что собирается оно не чаще раза в десятилетие. Последнее было в 2002 году, и то по экстренному поводу. Даже на поместный собор делегатов выбирало некое «расширенное собрание благочинных». И вот, как бы в объяснение столь грубого нарушения устава, один человек мне поясил: «Владыка не любит собраний, они напоминают ему советское время». Ну просто замечательно! Сначала превратить соборы в съезды КПСС, епархиальные собрания в советские партсобрания, а потом это все «не любить», потому что напоминает «советское»! А я удивляюсь, чего это они так Церковь не любят: они ведь ее сначала превратили в партком, а теперь, конечно, за это «не любят». Это как жену превратить в домохозяйку, а потом разлюбить за приземленность интересов.
Интересно при этом, что тот же владыка почему-то завсегдатай на предвыборных съездах Лукашенко, которые полностью и нарочито имитируют партийные съезды, в том числе в немалой степени риторикой и символикой. Но ничего… тут, оказывается, можно спрятать свою «нелюбовь»… А все эти венки к вечному огню, помпезное безумие с торжественным размещением останков воинов всех войн в крипту «президентского» храма под залпы пушек, и пр. и пр. Или это уже ничего не напоминает? А вот воздать память жертвам сталинского режима в Куропатах — это ну никак, опять что-то напоминает… Только вот что? Или здесь уже, напротив, тщательно и с болью скрываемая любовь?

You can leave a response, or trackback from your own site.

8 Responses to “По поводу советского в церкви”

  1. приятно читать, что сказать

  2. приятно читать, что сказать

  3. Собрания эти проходят везде одинаково. Даже там, где большевиков никто не видывал. И я так подореваю,даже независимо от юрисдикции. Собрались, избрали, заслушали, постановили… — это жанр.
    Если б собрания происходили регулярно, то Вы бы возмущались их регулярностью.
    Докалёбывание до Церкви — единственный формат, в котором Вы чувствуете контакт с Церковью.
    Все ИМХО, конечно.

    • Роман Толстого и роман Донцовой — один жанр. Только содержание разное. Порой очень разное. Сравните хотя бы собор 1917-18 г. и собор 2009 г.
      И в уродство можно превратить все что угодно: катехизацию, беседы, исповедь, богослужение и прочие по собственно жанру прекрасные вещи. И если это уродство, то с этим нужно что-то делать, хотя бы возмущаться, а не делать вид, что все прекрасно, поскольку соблюден жанр.
      Кроме того, непонятна Ваша логика. Если все везде одинаково, независимо от того, были ли там советская власть, то почему же именно советскую власть напоминает сам жанр? Хочу Вам также напомнить, что по Уставу РПЦ епархиальное собрание созывается не реже одного раза в год, и у за Устав этот митрополит голосовал лично. И не просто голосовал, но предварительно одобрил на Синоде, где он один из самых авторитетных постоянных членов. Чего ж он там не возразил, что это все по-советски, никому не нужно и исполнять у себя в епархии он этот устав не намерен? Впрочем, у меня уже был случай, когда митрополит вызывал за публикацию постановления Синода — был не совсем в курсе, что сам только что принимал:)
      Насчет последней фразы. Непонятен вывод — где же тут о Церкви? Только сожаление, что ее не любят.

  4. Собрания эти проходят везде одинаково. Даже там, где большевиков никто не видывал. И я так подореваю,даже независимо от юрисдикции. Собрались, избрали, заслушали, постановили… — это жанр.
    Если б собрания происходили регулярно, то Вы бы возмущались их регулярностью.
    Докалёбывание до Церкви — единственный формат, в котором Вы чувствуете контакт с Церковью.
    Все ИМХО, конечно.

  5. тут пішуць, што за мяжой сходы, т.ск. таксама савецкія. гэта няпраўда. усё пачынаецца на ўзроўні прыхода — абмяркоўваюць справы прыхода, што трэба набыць, што пабудаваць, што змяніць, як арганізаваць нешта, выбіраюць дэлегатаў на епархіяльны сход, дзе вырашаюцца пытанні праблемаў асобных прыходаў, адукацыі, і хто там ведае яшчэ чаго. для ўдзельнікаў сходаў, як правіла, пытанні гэтыя маюць значэнне і сэнс, яны іх цікавяць, таму для іх важна, што сход вырашыць. менш за ўсё гэта нагадвае партсход, больш падобна на сапраўды парламент.

  6. тут пішуць, што за мяжой сходы, т.ск. таксама савецкія. гэта няпраўда. усё пачынаецца на ўзроўні прыхода — абмяркоўваюць справы прыхода, што трэба набыць, што пабудаваць, што змяніць, як арганізаваць нешта, выбіраюць дэлегатаў на епархіяльны сход, дзе вырашаюцца пытанні праблемаў асобных прыходаў, адукацыі, і хто там ведае яшчэ чаго. для ўдзельнікаў сходаў, як правіла, пытанні гэтыя маюць значэнне і сэнс, яны іх цікавяць, таму для іх важна, што сход вырашыць. менш за ўсё гэта нагадвае партсход, больш падобна на сапраўды парламент.

  7. Роман Толстого и роман Донцовой — один жанр. Только содержание разное. Порой очень разное. Сравните хотя бы собор 1917-18 г. и собор 2009 г.
    И в уродство можно превратить все что угодно: катехизацию, беседы, исповедь, богослужение и прочие по собственно жанру прекрасные вещи. И если это уродство, то с этим нужно что-то делать, хотя бы возмущаться, а не делать вид, что все прекрасно, поскольку соблюден жанр.
    Кроме того, непонятна Ваша логика. Если все везде одинаково, независимо от того, были ли там советская власть, то почему же именно советскую власть напоминает сам жанр? Хочу Вам также напомнить, что по Уставу РПЦ епархиальное собрание созывается не реже одного раза в год, и у за Устав этот митрополит голосовал лично. И не просто голосовал, но предварительно одобрил на Синоде, где он один из самых авторитетных постоянных членов. Чего ж он там не возразил, что это все по-советски, никому не нужно и исполнять у себя в епархии он этот устав не намерен? Впрочем, у меня уже был случай, когда митрополит вызывал за публикацию постановления Синода — был не совсем в курсе, что сам только что принимал:)
    Насчет последней фразы. Непонятен вывод — где же тут о Церкви? Только сожаление, что ее не любят.

Leave a Reply